Явившись, ты сказала мне, Что рая нет и среди звёзд В краях предельной пустоты На небоскрестье лунных вёрст, Ты не встречала душ людей, И ангел не шумел крылом, Лишь ты, как ведьма — ком страстей, След прочертила помелом.
Я не поверил, но смолчал, Мне подходил любой итог. Лишь только б голос твой звучал И глаз не скрыл волос виток. Пускай насмешкой губ дуга, И у зрачков кровавый цвет. Пока ты здесь, не верил я, Что где-то рядом рая нет.
Мы проживали нашу ночь, Держа во взглядах свет костра. Я мог бы с неба приволочь Блаженство фраз, я б их достал, Но, согласившись космос знать, Как пустоту и хлад луны, Я принял в сердце бесов рать, И мир, в котором только ты.
Ты петь пыталась, и слова Купались, нежась, в звуках струн. Ты не меня с небес звала, Во мне ж гудело: «бум» да «бум». С волной баллады ярый джин Забрался в душу, звал на грех. «Раз рая нет и нету сил, Отдайся ведьме», — слышал смех.
Я с корнем вырвал жала звёзд, Я смыл чернильный горизонт, Я выгнал бесов хоровод, Но песни звук прорвать не смог. Меня забрали в свиты круг, Теперь и мной прочерчен след По темноте, где сердца стук И где сомнений в чувствах нет.
